Азбука Винного Чайника. Rothschilds. Часть 1

21 Апрель, 2015 18:43  | Рубрика: Азбука от Винного Чайника

Rothschild’s

Винная история

i_008

Герб семьи Ротшильд

Если открыть любую книгу, посвященную вину, но не с начала, а в конце, там где словарик, и найти в нем букву “R”, то мы увидим, что эта буква просто рекордсмен по количеству названий винных хозяйств, регионов, терминов виноделия и виноградарства, которые с нее начинаются. В моей настольной книге «Азбука вина» букве «R» посвящены шесть полноценных страниц. Там есть все – RECIOTO (Речиото), RESERVA, RETCINA (Рецина) и много чего еще. Есть из чего выбрать. Нет в словаре только одного слова, вернее фамилии, одной из самых главных фамилий в винном мире сегодня, но особенно в прошлом, в исторической ретроспективе развития всей винной индустрии мира. Эта фамилия Rothschild. Хотя правильнее было бы писать – Rothschild’s – Ротшильды. Всегда во множественном числе. В этой маленькой букве «s» — их главная сила. Вот я решил посвятить статью на букву «R» в «Азбуке Винного Чайника» этой фамилии. По-моему, это будет справедливо.

Opus_One_Founders

Роберт Мондави и Филипп де Ротшильд

В этой статье я не буду касаться всей грандиозной и поучительной истории огромного клана Ротшильдов, перечислять их выдающиеся успехи на финансовых рынках, рассказывать об их блестящих аферах (нет, об аферах — все же немного буду) и считать их совокупный капитал (тем более, что это практически невозможно). Я попытаюсь кратко обрисовать роль этой семьи в формировании того облика винного мира, который мы с вами наблюдаем сегодня. Сразу оговорюсь. Мне не очень нравятся вина, на этикетках которых стоит фамилия Rothschild. Дешевые линейки их вин носят откровенно массовый и коммерческий характер (как, например, Mouton Cadet); вина в средней ценовой категории не дотягивают, по моему мнению, по качеству до своих «одноклассников» (как, например,  Шато Clerc-Milon). Вина высшего эшелона, которые производят Ротшильды, просто недоступны, мне лично, по цене, и судить о них я не могу. Но, несмотря на это, я искренне считаю семью Ротшильдов одной из главных движущих сил прогресса в производстве вина в XIX и XX веке. Портрет Филиппа де Ротшильда висит у меня в кабинете рядом с портретом Черчилля, и чуть выше портрета доктора Амосова. (Правда, на нем Филипп с Робертом Мондави дергают друг друга за уши ☺). Но, обо всем по порядку.

Семья Ротшильдов достигла своего величия и финансового успеха во многом благодаря семейным принципам и правилам, которые неуклонно выполняются всеми отпрысками этого великого рода. Правила эти не писаны нигде, но это не делает их менее обязательными к исполнению.

Правило первое и основное. «Прибыль превыше всего».

main

Майер Амшель Ротшильд

Можно сколь угодно долго говорить о верховенстве морали и общечеловеческих ценностях,  (кстати, многие члены этой семьи и раньше, и сейчас полностью посвящают себя благотворительной и меценатской деятельности), однако основой семейного мировоззрения  Ротшильды всегда считали стремление к повышению благосостояния своего рода. «Все должно приносить прибыль, даже простое увлечение, или хобби».  Для понимания важности этого принципа, надо вспомнить, что основатель династии, Майер Амшель Ротшильд, положил основу семейного благосостояния, продав принцу Вильгельму свою коллекцию старинных монет, которую он собирал много лет. Вот с этого все и началось. Ротшильды всегда покровительствовали искусствам, поддерживали молодых художников и литераторов, стояли у истоков автоспорта. И всегда умудрялись зарабатывать на этом. Так, увлечение одного из Ротшильдов скаковыми лошадьми, не только не привело его, как многих безрассудных молодых людей, к разорению, а напротив — послужило началом еще одного сверхприбыльного бизнеса семьи. С вином произошло точно так же. Когда в 1853 году один из «английских» Ротшильдов, Натаниэль де Ротшильд, приобрел за фантастическую, по тем временам, сумму в 1,125 миллионов франков Шато Бран-Мутон (сразу же переименованное им в Шато Мутон-Ротшильд) в Медоке, все сочли это данью моде и проявлением сумасбродства молодого богача. Но не тут-то было! Ротшильды остались верны себе. Эта покупка стала началом нового и весьма прибыльного направления в бизнесе семьи. Увлечение, как всегда, начало приносить большие деньги.

Правило второе. «Все деньги должны оставаться в семье».

1868_James-de-Rothschild-320x383

Джеймс де Ротшильд

Nathaniel_de_Rothschild

Натаниэль де Ротшильд

Клан Ротшильдов никогда не распылял свои капиталы. Внутрисемейные браки для концентрации капитала и конкуренция между членами клана для его приумножения – эта стратегия и стала основой гигантского капитала Ротшильдов. Отпрыски мужского пола женились на своих кузинах, а девицы выходили замуж за своих  двоюродных, троюродных братьев или других дальних родственников. В семье считалось, что приданое, достойное отпрыска Ротшильдов, могли дать только Ротшильды. Так и повелось. Правда, девушек иногда выдавали замуж за аристократов: имидж и положение в обществе — это тоже капитал, а его необходимо приумножать. Но делали это неохотно, так как наличный капитал такие браки все-таки распыляли. С другой стороны, капиталы клана росли благодаря внутрисемейной конкуренции. «Чей банк заработал в прошлом году больше прибыли? Дядюшки Альберта из Франкфурта, или его парижского племянника Джеймса?» — вопросы такого рода всегда были важны в семье Ротшильдов. Они не проигрывали свои состояния на скачках и в казино, но это не означало отсутствие в их жизни азарта. Просто их азарт был другого рода – обойти, обскакать брата, заработать больше на общем поприще, вот та игра, в которую играли Ротшильды! Вопрос возникновения внутрисемейной конкуренции в винном бизнесе был только вопросом времени. В августе 1868 года глава французской ветви семьи, барон Джеймс де Ротшильд покупает за совершенно астрономическую сумму — 4,5 млн. франков — Шато Лафит в Медоке (которое становится Шато Лафит-Ротшильд), одно из четырех, на тот момент, шато первого класса. Конкуренция началась! Надо сказать, что Шато Мутон-Ротшильд, хоть и выпускало замечательные и очень дорогие вина, в классификации 1855 года получило лишь «второй класс». Что стало тому причиной? Неясно. То ли происки конкурентов, то ли сработал фактор нелюбви к чужакам у французских винных снобов (напомним, что, на момент классификации, шато принадлежало англичанину Натаниэлю Ротшильду) – неизвестно, но факт остается фактом. Лафит стал «первым», а Мутон – «вторым». Натаниэль бой принял. Шато Мутон-Ротшильд получило девиз: «Premier ne puis, second ne daigne. Mouton suis!» («Первым быть не могу, вторым – не хочу. Остаюсь Мутоном (Бараном!)»). И тут мы должны плавно перейти к еще одному правилу семьи Ротшильд.

Правило третье.«Никогда не отступай. Добивайся своей цели любой ценой!».

classement3

Классификация вин Медока 1855 года

Настойчивость, граничащая с упрямством – фамильная черта практически всех Ротшильдов. «Английские» Ротшильды решили во что бы то ни стало стать в ряд первых шато Медока, тем более, что оно было того объективно достойно. Но потребовались годы и, воистину, «баранье» упрямство для достижения этой цели. Решающим стал приход к управлению Шато Мутон-Ротшильд в 1922 году молодого барона Филиппа де Ротшильда. Поговаривают, что он буквально на коленях выпросил шато у своей матери, дочери Натаниэля. С приходом в хозяйство Филиппа началась новая эпоха развития Шато Мутон-Ротшильд. Уже в 1924 году Филипп, первым в Бордо, начал разливать вино в самом поместье, а не продавать его в бочках негоциантам, как делали все. В 1926 году он строит великолепный 100 метровый погреб для хранения вин первого года, которому не было равных во всей Франции. Но главной своей задачей, новый хозяин видел присвоение Мутону «первого класса». Французской винной бюрократии нет равных в мире. Классификация вин Медока 1855 года не знала ни одного изменения до 1973 года, когда президент Франции Жак Ширак подписал Указ о присвоении Шато Мутон-Ротшильд «первого класса» вин Медока. Шато обрело новый девиз: «Premier je suis, second je fus, Mouton ne change!» (Первым стал, вторым был, но остаюсь Мутоном (Бараном)). Думаю, что только Ротшильдам с их фирменным «мутоновым» (бараньим) упрямством это было по силам!

Продолжение следует…

Комментарии (2)

  • Андрей:

    «Premier je suis, second je fus, Mouton ne change!» (Первым стал, вторым был, Мутон не меняется ) При чём, изменения добился барон Филипп де Ротшильд при непосредственном протеже Жака Ширака( будущего президента Франции, а в тот момент занимающего скромную должность министра сельского хозяйства).

  • михаил:

    Чилийский Ротшильд более менее по критериям цена-качество, тот который Филипп)
    Кстати не знал, что лафит и мутон это разные ветви Ротшильдов и приобретены по отдельности. Интересная статья, жду продолжения.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>