Париж. Часть 2

28 Декабрь, 2016 15:52  | Рубрика: Из Бордо в Бордо

А вот теперь пора вернуться к нашему многоуважаемому Карабасу-Барабасу. Тут ведь как, в шоу-бизнесе? Присмотрел себе толстый бородатый продюсер какую-нибудь старлетку из предместья на роль в своем бурлеске. Пьеса – тьфу, маловысокохудожественное зрелище для матросов и бедноты — юбки покороче, ножки повыше. И предложил юному дарованию (зовут которое, естественно, Мальвина) контракт на выгодных условиях. М-да. Мальвина-то и на курсы театральные ходила, и вокалу серьезно училась, и даже проблески таланта на студенческих капустниках проявляла – была в ней какая-то искра божья. А тут — бурлеск в припортовом театрике… Но вынуждена, бедняжка, согласиться – жить как-то надо. И – все! Испортила себе репутацию девушка на веки вечные. «Какая-то актриска из дешевого театра» — с таким ярлыком дорога в «Grand Opera» закрыта для нее навсегда. Нет, конечно, бывают исключения, бывают. Но, вероятнее всего, впереди у Мальвины — бесконечная череда однообразных пошловатых представлений и ранняя безрадостная пенсия…

malvina2

С винопроизводящими регионами Франции – в точности та же история. Наслушаются виноделы сладких речей коварных парижских виноторговцев, согласятся поставлять свое вполне пристойное вино для трактиров и простого народа, и все, конец — репутация региона загублена, а печальный финал заранее предсказуем:

Первой жертвой винного Карабаса стали виноделы самого Парижа и близлежащих селений. Иль-де-Франс – небольшая область западнее от города, вдоль течения Сены, где было несколько деревень, производящих вина вполне приличного качества. Но качество – это дорого, а значит – не подходит. И началось количество. Вплоть до XVI века под социальный заказ крупных виноторговцев вино в Иль-де-Франс не производил только ленивый. Дошло до того, что виноград высаживали в самом Париже, причем в совершенно невероятных, непредсказуемых и невозможных местах – на пустырях, мусорных свалках и даже на заброшенных кладбищах. Вино из этого сырья было… ну вы поняли – соответствующим.

map_paris

Начало гибели совращенного Иль-де-Франс как винодельческого региона следует датировать 1577 годом, когда Парижский законодательный орган принял так называемый «Закон о 20 лье» (в других источниках «Закон о 20 лигах»). Он запрещал продавать в Париже вино, изготовленное из винограда, который был выращен ближе, чем 20 лье (около 90 км) от городской черты. И хотя виноград в окрестностях Парижа продолжали выращивать еще вплоть до начала XVIII века, Иль-де-Франс практически полностью исчез с винных карт страны еще до Французской революции. Первая жертва коварного совратителя жестоко поплатилась за свою доверчивость.

Для полноты картины кратко перечислим ряд винных регионов, расставшихся с хорошей репутацией в результате бездумного удовлетворения потребностей Парижа в дешевом некачественном вине. В первую очередь под тлетворное влияние парижских виноторговцев попали районы виноделия, наиболее приближенные к роковой отметке «20 лье от Парижа».

«Счастливчиками» оказались виноградники Луары и западных районов Шампани. Водопады луарских недобродивших кислых вин всех цветов радуги и примитивных красных вин родом из долины Марны в Шампани с лихвой восполнили потерю местного парижского «винпрома». Результат – налицо. Огромный луарский винодельческий регион, обладая отличным потенциалом для выпуска ряда интересных высококачественных вин, до сих пор не может оправиться о «парижской вакханалии» и остается на третьих ролях даже в местной французской иерархии, не говоря уже о мировой табели о рангах. Шампани для того, чтобы отмыться от позора, пришлось кардинально «сменить имидж», полностью отказаться от производства красных тихих вин, которые ранее составляли до 90% всего здешнего вина, и перепрофилироваться на производство игристых.

%d0%ba%d0%b0%d1%84%d0%b5-2

Жертвой собственной жадности пала Нижняя Бургундия, чьи виноградники занимали огромные площади между Шабли и Дижоном. Став на некоторое время основными поставщиками дешевого вина для столицы, виноделы Нижней Бургундии немедленно перестали возбуждать интерес к себе у представителей высших слоев общества. Доброе имя этого некогда славного некогда винодельческого региона было загублено безвозвратно, а затем безжалостно стерто с винной карты Франции. И здесь поработала не только и не столько эпидемия филлоксеры (во время которой 80% виноградников были уничтожены), сколько уменьшение спроса – как только потребность в дешевом вине для столицы снизилась, Нижняя Бургундия отправилась за борт. Виноградники заново не высаживались, а крестьяне перешли на выращивание сельскохозяйственных культур, менее зависимых от воли «продюсеров карабасовского типа».

И несколько слов о винах, сопровождавших и украшавших пиршества французских королей и парижской знати, во всем следовавшей придворной моде. Эти вина до сих пор известны во всем мире как лучшие образцы винодельческого мастерства.

Все, кроме одного… Еще в XVI веке вино из Орлеана (луарское вино) было в фаворе у короля, а по своему качеству приравнивалось к винам с бургундского Золотого Склона. Но, увы, луарские виноделы приняли заманчивое предложение коварных виноторговцев… Дальше вы знаете.

В XVII веке при дворе были популярны бургундские вина из Бона и роскошные эрмитажи с Роны. Сложная логистика поставщиков двора и элитных салонов Парижа не пугала вовсе. Цена на тогдашнюю «элитку» с лихвой покрывала все издержки…

louis_xiv_mignard

При дворе короля-солнца Людовика XIV становится особенно популярным шампанское в своей для того времени экзотической игристой модификации.

А вот вина из Бордо появляются в Париже достаточно поздно, только с середины XVIII века, и как ни странно, особой популярностью у знати в начале не пользуются. Видимо, в пику ненавистным англичанам, давно считавшим красное бордо (которое они именовали кларетом) своим национальным напитком. Но уже к середине следующего века Бордо уже прочно обосновалось во всех модных салонах Парижа. Особенную популярность красное бордо приобрело после открытия в 1853 году железнодорожного сообщения Париж — Бордо. Город на Жиронде очень быстро превратился в своеобразное продолжение Елисейских полей. В те времена на набережной Бордо отпрысков аристократических фамилий и парижских щеголей можно было встретить даже чаще, чем на привычной им набережной Сены.

А вот, кстати, и она – Сена. За окном. Наш поезд медленно вползает на перрон вокзала Paris Austerlitz. За рассказами и разговорами час в дороге пролетел незаметно – мы в Париже! Прибыли! А теперь – немедленно прочь из этого города-монстра, загубившего столько многообещающих винных талантов. Берем напрокат машину попроще и вперед – направление на северо-восток. Каких-то 100 км чуть выше и правее по карте — и мы в Шампани. Жду не дождусь первого бокала ледяного шампанского!

1 Часть статьи читайте здесь

Продолжение следует…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>